Возможность вырваться из дома: как вытянуть того, кто тянет больного

4 сентября 2014 -
Возможность вырваться из дома: как вытянуть того, кто тянет больного

 Уход за больными родственниками - не только социальная, но и гендерная проблема: общество как бы делегирует эту обязанность женщинам предпенсионного возраста. Об этом общественном феномене рассказывает социолог, доцент Института Демографии НИУ ВШЭ Ольга Исупова 


Ольга Исупова /http://genderpage.ru/

 

Что такое «поколение бутерброда»


- Ольга, вы занимаетесь гендерными исследованиями, но, как вы говорите, тема ухода за больными проходит через них «красной нитью». Почему?
- Потому что уход за пожилыми больными людьми, как показывают исследования, чаще всего ложится на плечи женщины. Женщина - всегда центр семьи, человек, который обо всех заботится. Поэтому, если в семье есть хоть одна женщина – ухаживать за пожилым родственником будет она. Это социальное норма, это «принято». Как правило, уходом за стариками занимаются женщины "sandwich generation" («поколения бутерброда»), которым от 40 и до 50, или чуть более 50 лет (бутербродное поколение - это генерация взрослых людей, которые стремятся одновременно удовлетворять конкурирующие потребности как своих престарелых родителей, так и взрослеющих детей). 

Женщина оказывается как бы в ловушке, особенно если в доме нет мужчины. Она или вынуждена работать как-то частично, или бросать работу, в итоге денег становится все меньше, семья начинает жить на какие-то пособия или сбережения, исчезают возможности взять сиделку. И если на уровне государства-общества никто не помогает, ситуация складывается совсем сложная. При этом, если человек сам ухаживает за своими родителями или родственниками, все воспринимают это как норму. Мол, ну так и должно же быть. 

Женщинам предпенсионного возраста общество как бы делегирует эту обязанность. Если перед нами большая семья, такое положение дел может это и оправданно: она не страдает от безденежья, ее снабжают деньгами, и у нее могут быть только психологические трудности. Но если такая женщина одна, груз ее гораздо тяжелее.

Эта тенденция (когда в связи со старением населения, женщина все чаще берет на себя заботу о пожилых близких) в итоге стала темой исследований. Одно из наиболее полных - «О семейной заботе», проводила Елена Здравомыслова и ее команда в Санкт-Петербурге. Исследование проходило в Архангельске, Самаре, Казани, Санкт-Петербурге, и касалось гендерного аспекта в устройстве заботы о пожилых. Речь идет о том, что происходит внутри частной, приватной жизни семьи. Было проведено 60 интервью с сиделками, как приходящими, так и с такими, которые живут в семье; с членами семей, которые ухаживают за пожилыми родственниками. Была также группа интервьюируемых пожилых людей, которые организуют уход за собой самостоятельно.

 

А если все же мужчина?


- А если это мужчина, и он один на один в ситуации ухода за больным близким человеком? 
- Мужчина испытывает стресс и шок, ведь ухаживать мужчине за больным человеком – ситуация, противоречащая гендерным ролям. Если он не очень много зарабатывает, и не может кого-то нанять, и у него нет жены, его десоциализация происходит еще более остро. 
Кстати: в некоторых семьях за родителями мужа не всегда ухаживает его жена, невестка престарелых больных - бывает, что эта нагрузка строго делегируется тому, чьи это родители. 
Тогда,бывает, мужчина теряет работу, а потом не может восстановиться, особенно если он из рабочего класса. 

Вообще, то, что люди в этой ситуации теряют работу, очень сложная проблема. Они не могут вернуться на рынок труда – и не только потому, что рынок труда уходит вперед, а потому что они теряют свой опыт. Они нуждаются в реабилитации. Нужно, чтобы кто-то сказал: можно жить дальше. Зачастую этого некому сказать.

/http://kristinapion.blogspot.ru/

В той или иной форме общественная помощь необходима. Ведь люди вообще существа социальные. Сидеть с больным стариком, и ухаживать за ним - это вообще довольно депрессивное занятие, а если ты еще и выключен из социума, из общения, у тебя резко падает к тому же и уровень жизни и ухудшается качество жизни… Как минимум человек начнет пить, это один из выходов, и такое часто бывает. Для мужчин это вообще довольно типично. 

А как это происходит «там»?


- Как это происходит за рубежом? Кому делегирована миссия ухода за больным, и как человек справляется с трудностями? 
- Это напряжение есть везде, поскольку, как я уже отметила, последние десятилетия мало рожали детей, и везде в развитых странах идет старение общества. Практически, все правительства думают о том, чтобы переложить «бремя работоспособного человека» на частные плечи, и вернуть заботу о пожилых в семью. Но за рубежом во многих странах - в Великобритании, в частности, уже стало нормой, что если человек стар, и не может за собой ухаживать, он отправляется в дом престарелых. Там не распространено, чтобы старики жили в семье. Они живут в домах престарелых того уровня, который семья может позволить себе. И в США делается так же, вообще в англо-саксонской культуре это принято.

- Это не считается предательством в системе нравственных координат? 
- Нет, и это тоже сдвиг в сознании общества. Например, для них только последние десятилетия, с ростом женского стремления к карьере, стало принято отдавать детей в сады и ясли. Это стало даже модным. До этого это считалось аморальным: считалось, что как же можно отдать малыша в ясли, когда у него есть мама, которая должна о нем заботиться. А у нас это произошло гораздо раньше, еще в середине 20-го века.

У нас уже в подкорке сидит, что нормально отдать ребенка в ясли, но - ненормально отдать старика в дом престарелых. А у них – все наоборот. Кто-то, может, рефлексирует и в том, и в другом случае, но общая практика такова.

Это не унизительно ни для какой из сторон. Как-то коллега на кафедре в Англии мне рассказывал: «Наш папа уже старенький и не может сам за собой ухаживать, поэтому он живет в доме престарелых». Это нормально. Сами люди там, старея, знают, что их ждет такая участь, и не переживают по этому поводу. Они не брошены, семья их навещает, они остаются в контакте.

Там и к бездетности относятся проще: «Мои дети музыканты, значит, у них детей не будет, им не до того. Это им решать». Это не цинизм, это просто другая норма.
Естественно, там есть и волонтеры, и религиозные группы, которые выступают против этой нормы, но никто из них не стремится взять этих стариков себе. Волонтеры - как и у нас - ездят по домам престарелых и помогают, общаются.

Правительства экономят бюджеты, ведь чаще всего государства содержат дома престарелых, поэтому стараются найти иные пути для финансирования этого направления. Развивают, например, Community Carе: старик живет дома, пока может, а когда уже совсем не способен к самостоятельной жизни, ему помогают члены соседского сообщества. Им платят за поддержку пожилого человека. Это дешевле, чем содержать дома престарелых. 

Почему в Японии женщины не хотят выходить замуж


- В странах Востока такого отношения к старикам, скорее всего, нет? 
- Конечно, нет. Но там и рождаемость ниже, если речь идет о Юго-Восточной Азии. Классический хитрый вопрос на экзамене у нас на кафедре – где ниже рождаемость, в Китае или во Франции? На самом деле не во Франции, а в Китае. И в Японии тоже низкая рождаемость, и сделать с этим ничего нельзя. И старики все время на плечах женщины.

Исследования по Японии, где самая высокая продолжительность жизни, и при этом низкая рождаемость, показывают: если там женщина хочет хорошо и правильно ухаживать за стариками (как видите, мы тут даже не говорим о карьере), это мешает ей рожать больше детей. Она считает, что забота о членах семьи это ее задача, но если на ее плечах три больных старика, то какие тут уже дети? 

И это отношение к ситуации наблюдается уже в большом количестве у древних цивилизованных народов: Япония, Южная Корея. На Западе есть еще и стремление к карьере. А тут не произошло сильной гендерной революции, как в Европе, и женщина на Востоке не ушла от своей традиционной роли. Осталась принадлежать семье, но семья за эти десятилетия изменилась, и в итоге мы наблюдаем на Востоке такую тенденцию: чем больше стариков, тем меньше детей. 

В Японии, если женщина выходит замуж, она принимает на себя все. Весь дом на ней, она готовит, за всеми ухаживает. Любой заботой о членах семьи занимается она. При этом в более легкие периоды своей жизни еще и работает, хотя бы на полставки.

Кстати, там даже принимаются законы в сфере социальной политики, чтобы поддержать женщину: например, если жена работает меньше, то ее муж получает какие-то дополнительные бонусы, надбавки, или семья получает льготы. Но в результате всего в совокупности, семья принимает общее решение о сокращении рождаемости. 

На этом фоне появляется еще один тревожный аспект. Несмотря на то, что в Японии довольно низкий стеклянный потолок в карьере для женщины, и она не может добиться того, чего может добиться мужчина, там огромное количество женщин просто в принципе стараются не выходить замуж. Более 40 процентов в некоторых возрастных группах.

Даже с учетом того, что она не станет, допустим, директором компании, японка считает, что лучше она будет обычной секретаршей – но это гарантирует ей более легкую и свободную жизнь, чем жизнь в семье, в качестве жены. То, как жили их матери, им не нравится. И они ничего об этом не говорят, там не принято об этом говорить, они просто голосуют делом: уходят из института брака. При этом в Японии практически нет внебрачной рождаемости, в отличие от Запада, здесь это не принято. В итоге в Японии больше, чем где либо, женщин, которые детей не рожают вообще. Просто сейчас есть выбор – и они делают выбор в свою пользу.

О созависимости и чувстве вины


- У нас отдать пожилого родителя в дом престарелых - это (в отличие от западных стандартов) скорее исключение из правил? 
- Да, скорее так. Правда, если ты отдаешь родителей в частный и дорогой пансион для престарелых, то ты будешь восприниматься, наверное, как заботливый сын или хорошая дочь. Скорее, сын, конечно, женщины так редко делают.

Но в целом у нас пока это далеко от того, чтобы стать нормой. Даже вполне образованные люди рассуждают: ну, как это, моей матери родной кто-то чужой будет памперсы менять. Но они говорят об этом так уверено только до того, как сами оказываются в такой ситуации - вот тогда они воют, им нужна психологическая помощь, и даже до преступлений иногда доходит.

/http://www.1tvnet.ru/

- Иногда человек, ухаживающий за тяжелобольным человеком, воспринимают это как свой крест. Считает наказанием свыше и так далее. Это как-то объясняется психологами и социологами? 
- Это некоторое приспособление, но это хоть как-то объясняет человеку ситуацию: почему он должен так жить и почему он при этом не должен спиться, или всех убить, или покончить с собой. Это похоже на стратегии психологического приспособления к своей собственной болезни. Там здоровых стратегий – только одна или две из десяти

. Остальные – вот такие же болезненные: «я виноват», или «я на это не обращаю внимания», или «я отрицаю болезнь». В такой тяжелой ситуации еще бывает, что человек принимает все симптомы болезни на себя, и в результате самовнушения заболевает тоже.

- Ольга, при уходе за тяжелобольными родителями - психологи отмечают - часто меняются роли, ухаживающий сам начинает играть роль родителя. Пара «родитель-ребенок» меняется ролями, при этом они впадают в созависимость. Как избежать такой ситуации? 
- Люди, действительно, могут вынужденно оказаться в этой ситуации - и тогда они вынуждены приспосабливаться к ней. В итоге и возникает созависимость. Такую «пару», конечно, нужно «разбавлять». Нужно участие других членов семьи, если они есть, нужна хоть какая-то социализация. 

- А у профессиональных работников, обеспечивающих уход, у сиделок, нет таких стрессов или комплексов? 
- Другое исследование касалось социальных работников в Санкт-Петербурге. Там исследовали работу тех, кто работает в социальных службах, разносит старикам еду и иногда за ними ухаживает. Их возраст такой же: предпенсионный или ранний пенсионный, и получается, что у этих людей уже нет выхода, они идут на такую работу часто от безысходности. Но опять-таки: социальные работники, сиделки получают хотя бы деньги за это. 

Исследования показывают, что у сиделок есть свои предпочтения: эти люди не брезгливы, им даже интересно, им нравится общаться со своими подопечными. Часто сиделки рассказывают, какие истории поведали им люди, за которыми они ухаживали. Те уже давно умерли, а они вспоминают: вот какой это был человек. Им нравится с ними нянчиться, и у них нет барьеров. Ведь у некоторых из нас очень большие психологические барьеры. 


Фото: диакон Андрей Радкевич

Сиделкам легче еще и потому, что у нас есть и еще другой отяжеляющий момент: ведь так тяжело болен наш близкий, родной человек, и ты варишься в этой трагедии ежедневно! У сиделок такой фактор стресса отсутствует. При этом они могут сдружиться с больным, и в целом ситуация ухода протекает более гармонично.

- У части ухаживающих возникают мысли о смерти. Нужно ли этого избегать и возможно ли это? 
- Эти депрессивные моменты есть, это перестройка сознания, и это и есть причины забыться в алкоголе, как делают некоторые. В таком случае нужно хотя бы за минимальные деньги нанять помощницу-сиделку. За маленькие деньги это будет, скорее всего, неквалифицированный человек - но это спасает, помогает не думать о своей ситуации круглосуточно.

Для нас, при этом, все равно смерть больного близкого человека оказывается внезапной. Но в то же время для нашей культуры нормативно, что когда человек умирает внезапно, это удивляет и горе гораздо больше: ну как же так, он только вчера был живой и здоровый! А когда умирает парализованная бабушка, которая лежала десять лет, что говорят обычно – ну кроме того, что светлый был человек? Говорят: «Освободила».

И от этого никуда не деться, и это объяснимо. Ведь к этому моменту у ухаживающих наступает такое эмоциональное выгорание, что дальше некуда, поэтому такие эмоции объяснимы.После такого стресса если и может быть что-то тяжелее - так это вернуться назад в нормальную жизнь. Я знаю много случаев, когда человек, много лет за кем-то ухаживающий, сам очень быстро умирает после ухода из жизни его подопечного. В чем-то это объясняется потерей смысла жизни.

Как помочь при эмоциональном выгорании?


- А если ты ухаживаешь не за пожилым больным родственником, а за тяжелобольным ребенком? И знаешь, что конец неминуем? 
- Если это ребенок с врожденными проблемами, у женщины - если говорить глобально - есть два выхода. Она может родить еще одного ребенка. И некоторые это делают. Во многих случаях ей будет тяжелее, ведь мало денег, а ей придется ухаживать за двумя детьми. Но психологически это ее разгрузит. Часто в таких ситуациях женщина любит больного ребенка даже больше, чем здорового, и она страдает. Но здоровый ребенок дает ей надежды на будущее.

Другой вариант – когда женщина считает, что это ее судьба или вина. Ведь сейчас спонтанные беременности не так часты, и беременность воспринимается как личная ответственность. «Ты же хотела его родить? Вот теперь сама и виновата» - есть и такой посыл. Это часто бывает в более религиозных семьях.Какая из стратегий выживания является правильной? Нормы сейчас сильно меняются. Кто-то сворачивает горы, умея при этом и находить какой-то оптимизм в жизни, отдушину, например, в общественной деятельности. Допустим, организуя сообщество таких мам, публикуя свои записки в соцсетях, и так далее. 

Другие же действуют наоборот – и для советского периода это, кстати, было даже более нормативно: сдать больного ребенка в интернат для инвалидов, и родить здорового. В сознании нашего общества перепоручить детей государству почему-то более принято, чем то же самое делать со стариками. В отношении этого подхода до сих пор идут жаркие дискуссии.

- По статистике, браки в таких семьях зачастую разрушаются. Это так? 
- Даже если мужчина и остается, он (часто) начинает пить. К сожалению, рано или поздно, это случается со многими. Конечно, тут тоже стереотипы, и мужчины бывают разные. Но в целом ломаются мужчины раньше. И, как результат, уходят из семьи. В итоге мама остается один на один с ребенком-инвалидом. Как итог - отсутствие денег и изолированность от общества. Причем тут ситуация еще более острая: женщина эта более молодая, чем в ситуации ухода за стариками, и социально она проваливается в вакуум.

Михаил Клодт, "Больной музыкант" (1859 год) /www.wikimedia.org/

Кстати, здесь есть еще один интересный момент. Я проводила исследование среди матерей-одиночек, и среди них была группа женщин старше сорока лет. Оказалось, в расцвете своих лет они попали в ситуацию ухода за стариками. При этом у них не было желания рожать - все крутилось вокруг существующей семьи, и больного близкого человека.

Но в сорок они вдруг освободились от этого груза, и почувствовали себя очень одинокими. И они решили родить себе ребенка. При этом у них тяжелые проблемы с адаптацией с этой своей новой роли - роли мамы в таком возрасте.Для более молодой женщины важно куда-то двигаться, делать карьеру. Для женщин в возрасте тоже важна мотивация реализации; цель - не отрываться от жизни. Ведь потом, освобождаясь от ухода за больным человеком, такие женщины внезапно для себя тоже становятся бременем для общества, ведь они не приспособлены к изменившейся за это время жизни.

- Что может спасти от эмоционального выгорания? 
- В любом случае, нужно выходить куда-то в другой мир. Хоть на какую-то работу, может быть, даже идти в какое-то волонтерство. Другая деятельность должна отвлекать и переключать сознание. И нужно общение, поддержка. Часто советуют обращаться к психологу. Но это не выход. Не спасет беседа с психологом по телефону - если ты продолжаешь неотрывно сидеть дома с больным человеком, и не можешь вырваться из этого замкнутого круга. 

Да, функцию психолога может выполнить и священник, например. Другое дело, что нужна возможность элементарно дойти до церкви - а такой человек иногда и до зубного врача добежать не может. Получается, возможность выйти из дома - это ключевой момент. И просто дать возможность ухаживающему человеку выйти из дома, подменить его, - это великая психологическая поддержка.Вообще, это как интенсивная работа. Пусть тебе она нравилась, и ты сам ее выбрал - но когда ты погружен в нее двадцать четыре часа в сутки, и не можешь ни на что переключиться, возникает эмоциональное выгорание. Сейчас вообще это часто происходит во многих профессиях. А в ситуации ухода за тяжелобольным возникает то же самое.

- Значит, окружающие должны обращать большее внимание на своих друзей, коллег, которые, возможно, находятся в ситуации, когда вынуждены ухаживать за тяжелобольным родственником? Учитывая тот момент, который отмечают психологи: не всегда человек, ухаживающий за больным, признается в этом своим друзьям, возникает чувство стыда за сложившуюся ситуацию, и человек замыкается в ней. 
- Окружающие не всегда знают, как помочь. Мало кто способен посидеть с таким больным. Вот в материнстве это практикуется: подруги сидят с детьми друг друга. Тут сложнее – почему-то это пока ненормативно: сильнее норма, что «я взрослый человек, я сам должен это делать».

Чувство стыда объяснимо, потому что все, что идет против нормы - «неправильно». «Положено», чтобы тебя это все никак не доставало, чтобы ты героически переносил трудности, «положено», чтобы этого всего было не видно. Это же твои родные люди – и что же ты за сын или дочь, если ты впадаешь во фрустрацию и не можешь справиться? Получается ситуация психической травмы, о которой нельзя говорить. Или – ты можешь пожаловаться, но не можешь рассказать подробности. Или уж тем более не норма пока попросить: «Ты посиди пока с моим стариком, а я пойду пройдусь».

Кстати, обратиться к друзьям за деньгами более нормативно. «Дайте мне деньги, я найду сиделку» - вот это более понятно. То есть попросить в ситуации ухода помощь «трудом» не принято, а деньгами – нормально. Но это в нашем обществе, за рубежом немного не так. Там откровенно обо всем рассказывают, и друзья помогают.
Например, в Англии, если человек болен и он одинок, часто бывает так, что его друзья по очереди ухаживают за ним, оказывают всякую помощь, сидят с ним дома, возят в больницу и так далее. Причем это никому не в напряг, люди меняют друг друга. А сам больной занимается мониторингом ухода за собой. Это более типичная ситуация для европейских стран.

- Тогда выход - в поиске средств для найма специалиста по уходу, сиделки? 
- В провинциальных городах это реже делается, там пока это не нормативно. В Москве, Санкт-Петербурге, Самаре, Екатеринбурге, где экономическое развитие более активно, нанять сиделку более распространено. Есть еще вариант: родители живут в глубинке, а дети - в развитых городах, и тогда взрослые дети часто нанимают сиделку для своих пожилых мам и пап. Это довольно частая ситуация.При этом сиделки – дорогая услуга, это дороже, чем няня или домработница. Поэтому иногда можно нанять сиделку хотя бы частично, на несколько часов. 

Еще вариант - использовать волонтерскую помощь: волонтеры могут собрать деньги на услуги сиделки. В идеале было бы неплохо, чтобы этим занялось государство, но пока на это рассчитывать не приходится.

 

Марина ЛЕПИНА

источник

Рейтинг: 0 Голосов: 0 817 просмотров
Комментарии (1)
0 # 8 сентября 2014 в 02:44 0
про мужчин: мой муж ухаживал сам за своей матерью,я уже не могла ему помочь,а дети были еще малы, брат помогал маме ухаживать за отцом, как сейчас присматривает за мамой.при этом его жена ни тогда,ни сейчас этим не интересуется.

за мной ухаживает дочь 22 лет последнее время,до этого присматривали вместе муж и мама. и я очень опасаюсь как раз за дочь. и при любой возможности отпускаю ее из дома, но я ещё кой-чего могу сама, да и муж на подхвате,хотя сам тоже инвалид.

про детей и стариков:
ребенка-инвалида и даже совсем здорового у родившей его женщины заберут прямо в роддоме по ее заявлению.
а вот даже если я решу дать свободу своим родным и пороситься в дом престарелых и инвалидов, - очередь у нас в районе туда - 3 года!

про помошников: да,с соцработником мне зачастую легче общаться,чем с родными.
а нанять сиделку опять же с целью дать свободу дочери, - я даже не представляю, сколько это будет стоить, причем сиделка вероятнее всего не будет иметь никакой квалификации и , в лучшем случае, окажется бывшим работником тех же соцслужб. никакой другой возможности у нас в городе нет.
и перспектив тоже. государство ограничивается пенсиями и бесплатными лекарствами(а с ними опять начались перебои). средств реабилитации и ухода почти нет,на них уходит часть пенсии.

вот такая моя семейная статистика.

и это всё при том,что мой случай не самый тяжелый. но чем дальше,тем сильнее я озабочена этим.
так что депрессия-то у меня в первую очередь))